Международная конференция «Казахстан и Индия: налаживание сотрудничества в эпоху потрясений» — основные тезисы

13 ноября 2025 года в Университете Нархоз прошла международная конференция «Индия и Казахстан: партнёрство в эпоху перемен» организованная экспертно-аналитическим центром Heartland и Посольством Индии в Республике Казахстан. На данном форуме политики, эксперты и представители бизнеса наметили практические пути углубления сотрудничества между Индией и Казахстаном в быстро меняющейся международной обстановке. Три тематических направления: стратегические и политические связи, безопасность и цифровое управление, включая ИИ, и экономическая дипломатия отражают приоритеты, которые были недавно подтверждены на 4-м Диалоге «Индия – Центральная Азия» в Нью-Дели 6 июня 2025 года.

Сессия1: Стратегические и политические связи в эпоху перемен

На этой сессии был рассмотрен вопрос о том, как политическая воля и институциональные форматы могут быть преобразованы в конкретное сотрудничество в области связности, безопасности и энергетики между Индией и Казахстаном. Обсуждение на форуме опирается на региональный импульс, созданный Диалогом «Индия – Центральная Азия» и двусторонними межправительственными механизмами.

Модератором выступил профессор доктор Ержан Исабаев, руководитель «Центр исследования социального развития и социальных трансформаций».

Спикерами данной сессии были Посол доброй воли, господин Булат Сарсенбаев, Научный сотрудник Индийского совета по международным делам доктор Пунит Гаур, Профессор университета Нархоз, специалист по Центральной Азии доктор Андрей Казанцев, Руководитель Отдела азиатских исследований КИСИ доктор Айдар Курмашев профессор-исследователь кафедры Ближнего Востока и Южной Азии факультета Востоковедения Казахского национального университета имени аль-Фараби доктор Лаура Ерекешева.

Профессор, доктор Ержан Исабаев: Индийско-казахстанские отношения являются важным компонентом региональной архитектуры Центральной и Южной Азии. На фоне глобальных трансформаций, включая технологические сдвиги, геополитические изменения, экономическую неопределенность и экологические проблемы, обе страны рассматривают свое партнерство как инструмент обеспечения устойчивости и сбалансированного развития.

Посол доброй воли, господин Булат Сарсенбаев: Со стратегической точки зрения Казахстан и Индия укрепляют политический диалог, строя сотрудничество на основе взаимного уважения, доверия и согласованности основных интересов. Обе стороны подчеркивают необходимость долгосрочной региональной стабилизации посредством координации внешнеполитических приоритетов и укрепления механизмов безопасности. Центральная Азия становится площадкой активного взаимодействия, где Индия расширяет свое присутствие в рамках своей более широкой роли на формирующемся глобальном Юге.

Доктор Пунит Гаур: Особое внимание уделяется цифровому управлению и безопасности. Казахстан и Индия сталкиваются с аналогичными проблемами в области киберугроз, защиты цифровой идентичности и интеграции искусственного интеллекта.

Совместные инициативы в области искусственного интеллекта, кибербезопасности и цифровых платформ рассматриваются как возможности для преобразования технологических рисков в основу более безопасного и разумного развития. Борьба с терроризмом остается ключевым приоритетом. Индия разработала комплексную архитектуру противодействия терроризму, основанную на принципе нулевой терпимости ко всем формам терроризма. Страна располагает развитой системой правовых инструментов и специализированных институтов и активно участвует в работе многосторонних организаций, включая Контртеррористический комитет ООН, ФАТФ и региональные структуры. Оба государства признают необходимость коллективного реагирования на транснациональные угрозы, включая экстремизм, незаконное финансирование и трансграничные конфликты.

Экономическое сотрудничество остается краеугольным камнем двусторонних отношений. Торговля, инвестиции, энергетика, критически важные материалы, транспортное сообщение и туризм рассматриваются как ключевые области, которые не только способствуют росту, но и укрепляют доверие между двумя странами. Центральная Азия постепенно становится евразийским логистическим узлом, и Индия занимает естественное место в этой новой географии, укрепляя связи посредством расширения транспортных маршрутов и инициатив по развитию инфраструктуры.

Образовательные и научные обмены приобретают всё большую значимость, создавая экспертную базу для стратегического диалога. Сотрудничество между университетами, аналитическими центрами и исследовательскими институтами позволяет разрабатывать новые подходы к региональной политике, технологическому прогрессу и многосторонней дипломатии.

Межцивилизационный и межрелигиозный диалог также остаётся важной сферой взаимодействия. Обладая многоконфессиональным обществом и многолетним опытом организации международных конгрессов религиозных лидеров, Казахстан рассматривает сотрудничество с Индией как часть более широкой гуманитарной дипломатии. Индийские делегации активно участвуют в этих инициативах, укрепляя социокультурное измерение двусторонних отношений.

В совокупности эти направления – от цифровой безопасности до энергетики, от региональной геополитики до межкультурного диалога – образуют всеобъемлющее партнёрство, адаптированное к условиям глобальной нестабильности. Казахстан и Индия стремятся использовать текущие вызовы как возможности для укрепления устойчивости, расширения связей и продвижения взаимовыгодных инициатив, способствующих стабильности на евразийском пространстве.

Профессор, доктор Андрей Казанцев: Индия и Казахстан укрепляют своё сотрудничество на фоне системной перестройки мировой политики и экономики. Современная эпоха характеризуется фрагментацией глобализации, растущей геополитической неопределенностью и ослаблением традиционных институциональных опор, что создает как вызовы, так и возможности для стран Евразии.

В этом контексте двусторонние отношения все больше следуют принципам стратегического плюрализма и прагматичного многовекторного подхода, позволяя обеим сторонам сохранять гибкость в отношениях между основными центрами мировой силы. Сотрудничество в области безопасности и миротворчества остается центральным компонентом этого взаимодействия.

Практические примеры включают совместную подготовку сил и обмен опытом в области миротворчества: преобразование казахстанских подразделений в силы, способные участвовать в международных операциях, подкрепляется передачей знаний и подготовкой кадров, что повышает способность региона реагировать на кризисы.

В рамках повестки дня по борьбе с терроризмом и миротворчеству это сотрудничество дополняет более широкий набор механизмов коллективной безопасности на евразийском пространстве. Транспортная связь и логистика играют ключевую роль в экономической конвергенции. Долгосрочные интересы сосредоточены на коридоре «Север–Юг» (МСТК) и портовой логистике Чабахар/Бендер-Аббас: развитие транзитных маршрутов через иранские порты, а также создание мультимодальных железнодорожных и контейнерных перевозок направлены на снижение транспортных расходов и интеграцию евразийских рынков.

Реальные проекты также отражают определенные ограничения, такие как Влияние санкций на Иран и пробелы в инфраструктуре, однако практические шаги – строительство железных дорог, пилотных мультимодальных маршрутов и портовые инициативы – демонстрируют прогресс в направлении ощутимой логистической интеграции.

Энергетика и критически важные материалы составляют стратегическую основу сотрудничества. Казахстан остается важным поставщиком урана для гражданской ядерной программы Индии, обеспечивая долгосрочную основу для доверительных экономических связей.

В то же время изучаются возможности в других ресурсных и промышленно-технологических секторах, где взаимные потребности дополняют друг друга. Технологическое и цифровое сотрудничество выделяется как одно из наиболее перспективных направлений.

Опыт Индии в области ИТ и цифровых услуг рассматривается как ресурс для цифровой трансформации государственных и бизнес-процессов Казахстана – от совместных программ по разработке и внедрению искусственного интеллекта до обучения и обмена знаниями. В то же время реализация таких инициатив требует устранения кадровых, нормативных и миграционных барьеров, которые в настоящее время ограничивают мобильность специалистов.

Экономическая диверсификация и новые сектора взаимодействия – здравоохранение, туризм и образование – определены в качестве приоритетов для расширения двустороннего обмена.

Туристическая активность из Индии и растущий интерес к Казахстану создают потенциал для развития сферы услуг; студенческие и медицинские обмены укрепляют «мягкую силу» и способствуют долгосрочным человеческим связям. Многосторонняя повестка дня обеспечивает важную основу для двусторонних инициатив.

Индия и Казахстан параллельно работают на различных международных площадках региональных (ШОС, СВМДА) до более широких форматов (БРИКС+, механизмы диалога Индия – Центральная Азия), что предоставляет инструменты для «мягкого балансирования» и многополярной сети сотрудничества. Парадигма «двойной многосторонности» (параллельное участие в западных и незападных институтах) позволяет обеим странам сочетать преимущества различных международных систем, минимизируя риски односторонней зависимости.

Основными ограничениями для реализации этого потенциала являются внешняя турбулентность, санкции и регуляторные барьеры, эпидемиологические потрясения и относительная пассивность бизнес-сообщества в определенных секторах. Ускорение практической реализации требует более активного обмена информацией, упрощения торговой и визовой логистики, стимулирования частных инвестиций и координации тарифов и стандартов.

В условиях структурной неопределенности наиболее рациональными инструментами совместного продвижения интересов представляются сетевые, проектно-ориентированные формы сотрудничества: поэтапно реализуемые мультимодальные логистические коридоры, совместные проекты технопарков и образовательных кластеров, пилотные программы в здравоохранении и фармацевтике, институциональное укрепление двусторонних рабочих групп в приоритетных областях (транспорт, энергетика, ИТ, туризм). Такой подход соответствует логике «сценарного планирования» и многовекторной гибкости, которые обозначены как ответ на фрагментацию глобализации.

Доктор Айдар Курмашев: Индия и Казахстан обладают широким спектром взаимодополняющих интересов — от урана и транспортных маршрутов до цифровых возможностей и культурно-образовательных связей. Чтобы превратить этот потенциал в ощутимые результаты, обеим сторонам необходимо сочетать стратегическое видение с прагматичными, небольшими, но воспроизводимыми совместными проектами, укреплять институциональную координацию и работать над снижением практических барьеров (санкции, логистика, иммиграция). Только так двустороннее партнерство может стать устойчивым элементом сложной архитектуры новой евразийской реальности. Текущая динамика взаимодействия Индии и Казахстана всё больше смещается в сторону технологического сотрудничества, сетевой логистики и институциализированного многостороннего взаимодействия.

Опыт Индии в области информационных технологий, цифровых услуг и развития искусственного интеллекта рассматривается как ключевой ресурс для ускорения цифровой трансформации Казахстана, который последовательно декларирует цель перехода от сырьевой экономики к экономике знаний. В этом контексте индийский опыт в области программных услуг, цифрового управления и медицинских технологий естественным образом дополняет усилия Казахстана по локализации производства, развитию технопарков и созданию кластеров с высокой добавленной стоимостью. В области инфраструктурной связанности наблюдается прагматичный переход от отдельных «магистралей» к концепции сетевой мультимодальной логистики. Интеграция коридора «Север–Юг» (INSTC) со «средними» маршрутами и проектами Индия–Ближний Восток–Европа превращает транспортные инициативы из линейных связей в гибкие сети маршрутов, способные снизить локальные риски (санкции, узкие места в портах) и повысить устойчивость цепочек поставок. Практические примеры — развитие железных дорог, мультимодальные контейнерные перевозки и портовые инициативы (Чабахар/Бендер-Аббас, обсуждения по Актау) — показывают, что правовые и инфраструктурные барьеры постепенно дополняются реальными логистическими решениями и цифровыми инструментами (умная таможня, автомобильные (go track). Энергетика и критически важные ресурсы остаются стратегически важными. Поставки урана продолжают составлять основу доверия и долгосрочных контрактов; одновременно на повестке дня стоит сотрудничество в области редкоземельных элементов и других критически важных материалов, что соответствует потребностям Индии в диверсификации источников поставок и укреплении цепочек поставок в условиях дефицита полупроводников и материалов для зеленой энергетики. Политическая логика двустороннего взаимодействия основана на концепциях «стратегической автономии» и «маневрирования средними державами». Для Казахстана это продолжение многовекторной дипломатии: сбалансированное взаимодействие с крупными державами при одновременном расширении партнерских отношений с Индией, ЕС, Китаем и США. Для Индии это отражает многонаправленную стратегию «многопартнерства» и политику национальной самодостаточности, сочетающую экономический прагматизм с «мягкой силой» и технологическими амбициями. Такая совместимость внешнеполитических подходов создает благоприятную основу для сотрудничества без необходимости выбора между «блоками». Технологические и оборонные повестки пересекаются с экономическими интересами: цифровая инфраструктура, развитие ИИ-специалистов, совместные НИОКР-проекты, а также оборонное сотрудничество (учения, обмен знаниями, экспорт вооружений) укрепляют доверие и создают практические мосты для взаимодействия. В то же время сохраняются ограничения: дефицит полупроводников, зависимость от цепочек поставок и необходимость развития внутренних производственных экосистем.

Профессор, доктор Лаура Ерекешева: Региональная координация и многосторонние платформы — от ШОС и СВМДА до форматов БРИКС+/Индия — Центральная Азия и C5+1 — служат инструментами «мягкого баланса». Казахстан использует эти платформы для усиления своей агентности, в то время как Индия использует их в качестве каналов для демонстрации «мягкой силы» и поиска партнёрств в области климата, энергетики и цифровых инициатив. Совместные форумы по редкоземельным материалам, межрегиональным транспортным коридорам и цифровой инфраструктуре предоставляют возможности для разработки практических дорожных карт.

Практические барьеры, препятствующие быстрому переводу диалога в конкретные результаты, включают в себя логистические издержки, санкции (особенно затрагивающие Иран), регуляторные и иммиграционные барьеры, а также относительно низкий уровень участия частного сектора в определенных секторах. Преодоление этих препятствий требует пилотных проектов, прозрачной координации условий инвестирования и целенаправленных мер по снижению транзакционных издержек.

Основополагающая логика действий должна основываться на сетевых, проектно-ориентированных решениях: не борьбе за «единый коридор», а создании взаимодополняющей системы маршрутов и отраслевых кластеров; не только декларациях в многосторонних форматах, но и конкретных совместных программах в области искусственного интеллекта, фармацевтики, образования и редкоземельных ресурсов. Такой подход соответствует программе модернизации промышленности Казахстана и стратегии технологического и экономического роста Индии.

Практические и краткие рекомендации: 1. Запустить 3–4 пилотных «кластера» (ИТ × образование, фармацевтика × производство, цепочки поставок редкоземельных металлов, логистика × интеллектуальная таможня) с государственно-частным софинансированием. 2. Интеграция цифровых логистических платформ в существующие транспортные коридоры (INSTC, Средний коридор) и стандартизация процедур для снижения транзитных расходов. 3. Создание совместных центров НИОКР в области искусственного интеллекта и полупроводников с программами обмена специалистами и краткосрочной мобильности рабочей силы. 4. Укрепление двусторонней деловой дипломатии: целевые миссии по привлечению индийских инвесторов в технопарки и промышленные кластеры вдоль транспортных коридоров. 5. Координация действий в многосторонних институтах для решения проблем, связанных с санкциями и нормативными ограничениями (совместные дипломатические дорожные карты для преодоления узких мест без нарушения международного права).

Ключевой концептуальный принцип – уважение суверенитета и территориальной целостности – лежит в основе подхода Индии ко всем проектам в области развития связей. Следуя этой логике, Индия отдает предпочтение многонациональным маршрутам (например, INSTC, Чабахар), поскольку они позволяют избежать доминирования одной державы. Напротив, проекты, связанные с одним крупным игроком (в частности, CPEC в рамках инициативы «Один пояс, один путь»), воспринимаются как потенциальные каналы преобразования экономического влияния в политическое, что, естественно, вызывает осторожность со стороны партнеров, стремящихся сохранить стратегическую автономию. Чабахар был обозначен как «портовые ворота» Индии в Центральную Азию: этот проект имеет не только логистическое, но и символическое значение, демонстрируя стремление Индии обеспечить альтернативные маршруты, независимые от односторонних инфраструктурных инициатив.

Практика показывает, что основные коридоры следует рассматривать не как конкурирующие «магистрали», а как элементы единой сети: интеграция маршрутов «Север–Юг», «Средний коридор» и «Индия–Ближний Восток–Европа» повышает устойчивость цепочки поставок и снижает зависимость от одного узкого пути. Восприятие «Север–Юг» и «Среднего коридора» различается среди участников – Казахстана, Туркменистана, Таджикистана и других, – поэтому обсуждение коридоров требует точных терминологических и институциональных определений: что считается «коридором», какая инфраструктура в него включена, какие правила и действуют тарифы. Практическая эффективность маршрутов во многом зависит от согласованных правил игры, цифровизации логистики и прозрачности процедур (умная таможня, отслеживание, унификация стандартов).

На геополитическом уровне Средний коридор занимает промежуточное положение: он представляет интерес как для ЕС, который видит стратегический риск в диверсификации, так и для Китая, который видит в ней экономические возможности. Россия и Иран изначально высказывали геополитические возражения, но международные санкции и меняющиеся практические реалии способствовали более прагматичному подходу. В результате проекты коридоров все чаще оцениваются через призму выгоды и реализма, а не через логику «блокового» соперничества.

Повестка дня устойчивого развития Индии отражает готовность страны сочетать климатические и социально-экономические приоритеты. В выступлении было подчеркнуто, что политика Индии включает в себя многочисленные программы по климату, борьбе с бедностью и достижению ЦУР. Это создает платформу для сотрудничества с Казахстаном в области зеленой энергетики, фармацевтики и цифровой трансформации – секторах с высоким мультипликативным эффектом и потенциалом для развития местных цепочек создания стоимости. Практические ограничения и риски – санкции, нормативные барьеры, разное толкование понятия «коридорность» и узкие места в инфраструктуре – остаются значительными. Основная рекомендация – переход от линейных, конкурентных проектов к сетевой, проектно-ориентированной архитектуре: комбинированные маршруты, цифровая логистика, кластеры с добавленной стоимостью вдоль коридоров и институциональная координация правил игры. Немедленные действия по внедрению: 1. Опираться на многонациональные форматы (INSTC, Чабахар, Средний коридор) и развивать их как сетевые, взаимодополняющие маршруты. 2. Зафиксировать общие правила (суверенитет, тарифы, стандарты) в двусторонних/многосторонних меморандумах до запуска этапов развития инфраструктуры. 3. Интегрировать цифровую логистику и интеллектуальную таможню в пилотные проекты коридоров для сокращения времени и стоимости транзита. 4. Синхронизировать проекты в области ИИ/ИТ и зеленой энергетики с целями локализации производства и развития рабочей силы.

Сессия 2: Индия и Казахстан: безопасность и ИИ в цифровую эпоху

Безопасность, борьба с терроризмом и цифровое управление в эпоху искусственного интеллекта, сотрудничество в области безопасности между Индией и Казахстаном в настоящее время охватывает традиционную оборону и расширенное цифровое измерение, где киберустойчивость и управление в сфере искусственного интеллекта играют всё более важную роль в национальных и региональных стратегиях безопасности.

Модератор: Сагади Кисиков – главный эксперт аналитического центра HeartLand;

Спикеры:

• Посол Асоке Мукерджи;

• Эльданиз Гусейнов, внештатный научный сотрудник Центра евразийских исследований имени Гейдара Алиева, Университет Ибн Халдуна;

• Доктор Арвинд Гупта, директор Международного фонда Вивекананды;

• Ожет Шегирбаев, заместитель заведующего информационно-аналитического отдела аппарата Сената Парламента РК;

Посол Асоке Мукерджи: Казахстан и Индия имеют долгосрочное сотрудничество в области миротворческих операций. Казахстанский миротворческий батальон совместно с индийским батальоном участвовал в патрулировании, обеспечении безопасности и доставке гуманитарной помощи, что укрепило доверие между странами и повысило профессионализм казахстанских миротворцев.

Сотрудничество с Индией также было поддержано благодаря опыту индийских миротворческих сил, существующих с 1948 года, значительному вкладу Индии в миссии ООН и особенностям формирования специальных полицейских подразделений. Текущая задача – перенести дух этого сотрудничества в новую область цифровых технологий, включая регулирование искусственного интеллекта и системы идентификации, что может способствовать укреплению национальной и региональной безопасности.

Цифровое сотрудничество между Индией и Казахстаном открывает новые возможности для двусторонних отношений. Основной акцент делается на цифровой связности и формировании двустороннего цифрового коридора, включая инфраструктуру волоконно-оптических кабелей с точками доступа в Карнатаке и Мумбаи. С 1998 года Индия и Казахстан работают в ООН над созданием человеко-ориентированной цифровой системы, которая согласована с Целями устойчивого развития 2030 года.

Индия активно участвует в разработке международных стандартов кибербезопасности: с 2004 года – 11 добровольных норм в ООН, в 2015 году они были официально приняты Генеральной Ассамблеей. В 2024 году был принят первый международный правовой документ по киберпреступности, ожидается вступление в силу в 2026 году.

В национальной практике Индии важнейшими законодательными актами стали: Закон о информационных технологиях 2000 года и Закон о защите персональных данных 2023 года. Основной акцент на обеспечение безопасности данных и сохранение суверенных прав государства на цифровую инфраструктуру.

Индия создала национальные дата-центры и национальный облачный проект для поддержки государственных сервисов, что формирует цифровую публичную инфраструктуру. В неё входят: программа цифровой идентификации Aadhaar для 1,3 млрд человек, платформа для проверки документов с 370 млн пользователей, система цифровых платежей UPI и крупнейшая образовательная платформа Diksha с 180 млн регистраций. Эти наработки предлагаются к обмену с партнёрами для повышения цифровой безопасности и развития.

Эльданиз Гусейнов: Казахстан и Индия должны углублять обмен информацией в контексте проектов региональной связности через Афганистан и Иран. Необходимо создание совместного набора данных по рискам для связности, стратегических соглашений об обмене информацией и аналитических инструментов для прогнозирования и адаптации транспортных маршрутов.

Геополитические события, такие как напряжённость между Ираном и Израилем, склоки на границе Пакистан–Афганистан и внутренние проблемы Афганистана, напрямую влияют на торговлю между Центральной и Южной Азией. Например, казахстанский проект железной дороги Tazavgarh Railway и дороги через Устек подвержены риску из-за конфликтов на границе Афганистана и Пакистана.

Снижение геополитического давления на 0,1% может увеличить торговый оборот между Центральной Азией и Афганистаном на 3–5%. Следовательно, обмен данными и аналитикой между Индией и Казахстаном повышает устойчивость транспортных и торговых связей, позволяет корректировать маршруты через порты Чабахар или пакистанские порты, снижая риски, связанные с нестабильной обстановкой.

Особое внимание следует уделять угрозам со стороны TTP и другим террористическим группировкам, чья активность в регионе угрожает безопасности и экономическим интересам стран. Анализ показывает, что текущие конфликты и инциденты негативно влияют на торговлю и логистику, и совместное прогнозирование и обмен информацией могут минимизировать экономические потери.

Доктор Арвинд Гупта: Региональная безопасность и борьба с терроризмом напрямую связаны с геополитической обстановкой. Террористические угрозы остаются значительными в Южной Азии и Африке, где они подпитываются гражданскими конфликтами, этническими напряжениями, экономической нестабильностью и коррупцией.

Финансирование террористических группировок часто происходит через наркотрафик, оружие и нелегальные каналы. Использование новых технологий, включая ИИ и социальные сети, помогает террористическим организациям координировать действия и защищать свои сети.

Таким образом, сотрудничество в области киберполитики, обмен информацией и использование аналитических инструментов становятся критически важными для предотвращения угроз и обеспечения региональной стабильности.

Основное внимание уделяется угрозам трансграничного терроризма и исламского джихада, а также современным методам ведения террористической деятельности с использованием ИИ, зашифрованных мессенджеров, криптовалюты и других механизмов финансирования, включая онлайн-рекрутинг и пропаганду.

Примеры террористических атак, таких как взрыв в Красном форте (Дели) 10 ноября 2025 года и атаки в Арагоне 3 декабря 2015 года, демонстрируют масштаб угрозы и потенциал для эскалации конфликтов между государствами, в частности Индией и Пакистаном. Для противодействия терроризму Индия реализует многопилларную стратегию, включающую усиление разведки и охраны границ, применение технологий ИИ, инструментов распознавания лиц, мониторинг социальных сетей и киберпространства, контроль финансовых потоков, а также международное сотрудничество через совместные рабочие группы и форумы с участием 26 стран и пяти региональных организаций, включая ASEAN, BRICS, ЕС и ООН.

В Центральной Азии Индия взаимодействует с Тегераном, Таджикистаном и другими странами по вопросам региональной антитеррористической координации. В то же время наблюдается рост использования террористическими группами цифровых инструментов и современных финансовых технологий. Риски усугубляются неравномерным соблюдением верховенства права и двойными стандартами международного сообщества.

Особое внимание уделяется роли Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) в противодействии терроризму. Региональные структуры ШОС успешно реализуют совместные антитеррористические и разоруженческие инициативы, включая программы по противодействию экстремистским идеологиям на период 2026–2030 гг. Взаимодействие Индии с другими странами Южной Азии и использование технологий в антитеррористической деятельности рассматриваются как ключевые элементы обеспечения региональной стабильности.

Ожет Шегирбаев: Идёт технологическая гонка между государствами разного масштаба, каждая сторона стремится развивать свои возможности в области ИИ. Некоторые предсказывают пузырь, похожий на кризис доткомов, другие отрицают это, ссылаясь на продолжающиеся кризисы в управлении данными и энергетическом секторе.

Казахстан начал работу над развитием ИИ более года назад после президентской директивы по новой концепции ИИ до 2029 года. Были созданы инфраструктура ИИ под Министерством цифрового развития, затем перемещена в Министерство ИИ и цифрового развития, объединены технические хабы, включая Astana Hub, с региональными представительствами около 90.

Эта институциональная база способствовала росту экспорта ИТ-продуктов: в 2024 году – около 500 млн долларов США, в первой половине 2025 года – 600 млн долларов США. Цель правительства РК увеличить этот показатель до 1–2 млрд долларов США.

ИИ повлияет на рынок труда, затронув около 2 млн работников, при этом 1 млн могут быть заменены ИИ. Однако влияние заключается не в массовой потере рабочих мест, а в необходимости узкой специализации и адаптации навыков.

Практическое применение ИИ включает государственные финансовые системы и бюджетное управление. Рассматривается региональное сотрудничество через проекты, такие как CASA-1000, управляющий водными потоками Амударьи для производства электроэнергии для Афганистана и Пакистана. Среди проблем – изменение климата, нехватка воды и региональные перебои с электроэнергией, влияющие на школы, бизнес и промышленное развитие, что может вызывать трансграничные конфликты.

Сессия 3: Экономическая дипломатия как основа стабильности региональной безопасности.

Экономическое сотрудничество лежит в основе политических отношений и отношений в сфере безопасности. В рамках сессии основное внимание уделено тому, как торговля, инвестиции и проекты в области связей укрепляют региональную стабильность, создавая взаимные интересы в процветании и предсказуемом сотрудничестве.

• Модератор: д-р Мария Степанова, главный эксперт аналитического центра HeartLand;

Спикеры:

• Посол Аджай Бисария, почётный научный сотрудник Observer Research Foundation (ORF);

• Рахим Ошакбаев, главный экономист Центра прикладных исследований «TALAP»;

• Доктор Нандан Унникришнан, почётный научный сотрудник Observer Research Foundation;

• Парвин Ализаде, Chief Product Officer;

• Его Превосходительство Шри Я.К. Саилас Тангал, посол Индии

Посол Аджай Бисария: Опыт индийско-казахстанских отношений, совместные проекты и созданная инфраструктура показывают, что потенциал для торговли и экономики значительно превышает текущие показатели. Важным направлением является не только увеличение объёмов торговли и инвестиций, но и смещение акцента в пользу секторов с высокой добавленной стоимостью, таких как фармацевтика, оборона, программное обеспечение и критические минералы.

Стратегическое партнерство Индии и Казахстана, установленное в 2009 году, до сих пор не реализовало свой экономический потенциал. Обе страны, будучи средними державами, имеют схожие подходы к международной политике: ведение многовекторного взаимодействия, диверсификация партнерств и укрепление экономических основ через реформы.

Мировая экономическая и геополитическая нестабильность, усилившаяся с конца холодной войны, формируется четырьмя мегатрендами: геополитикой, геоэкономикой, изменением климата и технологиями. Особенно значительное влияние оказывают нестабильные внешнеполитические курсы крупных держав, а также использование торговли как инструмента давления (санкции, экспортные ограничения). В этих условиях Индия ведёт переговоры о торговых соглашениях с США и ЕС и одновременно развивает связи с Россией и странами ЕАЭС.

В двустороннем контексте потенциал индийско-казахстанской торговли остаётся недоиспользованным. Основными перспективными направлениями являются:

• оборонная промышленность;
• фармацевтика и продукты с высокой добавленной стоимостью;
• добыча нефти и критических минералов.

Казахстан уже активно взаимодействует с США, Россией и Китаем, однако недостаточно вовлечён в экономический диалог с Индией, третьей по величине экономикой мира, которая в ближайшие десятилетия будет активно развиваться и укреплять свои позиции в Азии.

С точки зрения Казахстана, важным является включение Индии в многосторонние форматы, такие как C5+1, и разработка сильной экономической повестки, учитывающей как двусторонние интересы, так и многосторонние проекты.

Казахстан обладает значительным опытом успешных иностранных инвестиций – за последние 30 лет объём составил более $200 млрд. Основные сектора: добыча нефти и газа, горнодобывающая промышленность. Стратегия «невыравнивания» позволяет Казахстану сохранять гибкость во внешнеполитических отношениях, включая взаимодействие с Китаем, США и Россией, что создаёт возможности для дальнейшего экономического развития и взаимовыгодных инвестиций.

В то же время страна сталкивается с внутренними вызовами: высокая инфляция, ограниченная устойчивость экономического роста, рост налоговой нагрузки, конкуренция с соседними странами за привлечение инвестиций. Несмотря на это, регион остаётся перспективным для вложений и расширения двусторонней торговли.

Рахим Ошакбаев: На протяжении большей части своей истории Центральная Азия, включая Казахстан, оставалась пространством геополитического соперничества, известного как Great Game. В разное время регион становился ареной пересечения интересов крупных держав – от Британской и Российской империй до современных глобальных и региональных игроков. Географическое положение, ресурсы, транспортные коридоры и роль в обеспечении евразийской связности делали Центральную Азию объектом внешнего внимания, но редко самостоятельным субъектом стратегического проектирования.

Сегодня многие аналитики говорят о Great Game 2.0. Конкуренция усиливается за транзитные маршруты, критические минералы, энергетические проекты и цифровую инфраструктуру. В регион приходят крупные инициативы от китайской «Один пояс, один путь» до американских, европейских, индийских и ближневосточных программ сотрудничества. Однако продолжение логики «игры» с её акцентом на соперничество и закрытые стратегические расчёты всё меньше соответствует новым реалиям.

Настало время перехода от Great Game к Great Gain к модели, в которой Центральная Азия выступает не полем соперничества внешних держав, а пространством взаимной выгоды, совместных проектов и устойчивого развития. Казахстан и регион в целом способны формировать повестку сами: предлагать новые форматы партнёрства, развивать инфраструктурную связность, создавать условия для технологических альянсов и диверсификации экономики.

Такой подход предполагает, что конкуренция внешних акторов может быть использована не как фактор риска, а как источник дополнительных возможностей. Вместо борьбы за влияние – привлечение инвестиций; вместо попыток замещения друг друга – совместные платформы; вместо стратегической закрытости – прозрачные правила, ориентированные на долгосрочный рост.

Доктор Нандан Унникришнан: Индия рассматривает Центральную Азию как стратегически важный регион. Стабильность региона напрямую влияет на внутреннюю стабильность страны. Ограниченные экономические ресурсы Индии делают её вклад в стабильность региона преимущественно экономическим.

Первым шагом должно стать создание возможностей для добычи и доставки природных ресурсов из Центральной Азии в Индию. Взамен Индия может предоставить технологии, IT-услуги, медицинские и фармацевтические ресурсы, а также высококвалифицированную рабочую силу. Эти направления могут стать основой для двусторонних и многосторонних проектов, включая трёхсторонние партнёрства, что позволит эффективно конвертировать потенциальные возможности стратегического партнерства в реальные результаты.

Предлагается использовать формат трёхсторонних проектов с участием Японии или Южной Кореи для развития медицинской инфраструктуры в странах Центральной Азии. Индия обладает экспертизой в здравоохранении, но не располагает ресурсами для строительства крупных медицинских центров, что делает многосторонние форматы более эффективными.

Присутствует необходимость расширения цифровой и транспортной связности как современного аналога исторического Шёлкового пути. Подчёркивалось, что устойчивые контакты между людьми и обмен идеями являются важнейшей основой стабильных межгосударственных отношений.

Проблема ограниченной информированности о реальных экономических возможностях друг друга. Индийский бизнес недостаточно осведомлён о несырьевом секторе Казахстана, тогда как для казахстанских компаний важным условием выхода на индийский рынок является понимание его структуры и распределения доходов. Подчёркивалось, что государства могут лишь стимулировать этот процесс через создание площадок для коммуникации и расширение бизнес-миссий.

Индия также рассматривает Центральную Азию как часть расширенного соседства наряду с регионами Западной Азии и АСЕАН. На фоне успехов в отношениях с Ближним Востоком и Юго-Восточной Азией Центральная Азия остаётся направлением, требующим обновления стратегического партнёрства и перехода к более практическому наполнению.

Представлялась казахстанская модель цифровизации государственных услуг, основанная на переносе бюрократических процедур в цифровую среду и широком использовании мобильных сервисов, электронных документов, биометрии и блокчейн-технологий. Рассматривались области возможного взаимодействия с Индией, включая цифровые документы, биометрические системы и модернизацию железнодорожной инфраструктуры.

Со стороны Индии выделялись ключевые элементы India Stack — цифровая идентичность, платёжная система UPI, мобильные сервисы и решения в сфере цифровых госуслуг. Подчеркивалось, что эти технологии основаны на открытом коде и доступны для интеграции другими странами. Отмечался рост индийских глобальных центров разработки (GCC), создающих программные продукты в сферах ИИ, квантовых технологий и цифровой коммерции.

Предлагалось формализовать взаимодействие через регулярный диалог между профильными министерствами двух стран с подключением частного сектора и отраслевых ассоциаций. Такая модель позволит синхронизировать потребности, обмениваться технологическими решениями и формировать совместные проекты в цифровой сфере.

Парвин Ализаде: Казахстанское кредитное бюро усиливает работу по интеграции финансовых данных на евразийском пространстве, объединяя в своей ассоциации 15 стран и развивая обмен опытом, методологиями и цифровыми решениями. Следующим шагом рассматривается установление прямого взаимодействия с индийскими кредитными бюро, что может открыть возможности для масштабных совместных проектов и взаимной стандартизации финансовых сервисов.

В сфере цифровизации приоритетным направлением предлагается развитие совместных проектов, связанных с инфраструктурой железных дорог. Казахстан обладает значительным ресурсным потенциалом, однако дальнейший рост требует ускоренной цифровой модернизации логистических коридоров. Индийские технологии — от блокчейна до интегрированных цифровых платформ — рассматриваются как инструмент для ускорения этого процесса и повышения эффективности транзита.

Отдельное внимание уделяется необходимости расширения межчеловеческих связей и культурного обмена как основы для устойчивого долгосрочного сотрудничества. Креативные индустрии, медиа и кино обладают потенциалом для формирования более глубокого взаимного восприятия и повышения социальной интеграции молодёжи двух стран.

Несмотря на интенсивные дискуссии о возможностях в сфере цифровой инфраструктуры, сохраняется ключевая проблема — отсутствие полноценной физической и электронно-цифровой связности. Этот разрыв ограничивает развитие торговли, инвестиций и технологического сотрудничества. Одним из предлагаемых решений является создание прямой оптоволоконной линии связи между странами, обеспечивающей суверенный и устойчивый канал передачи данных. Такая инфраструктура способна качественно изменить динамику взаимодействия, создав основу для сервисов нового поколения, включая платформы электронных платежей, системы подтверждения личности и обмена данными.

Его Превосходительство Посол Сайлас Тангал: Важной потенциальной площадкой для установления прямых связей между специалистами двух стран может стать предстоящий в 2026 году саммит по искусственному интеллекту в Индии. Казахстанским IT-компаниям и профильным ведомствам предлагается использовать это мероприятие для налаживания контактов и интеграции в индийские технологические экосистемы.

Секторальный потенциал сотрудничества остаётся широким. Индия – одна из самых быстрорастущих экономик мира, требующая значительных ресурсов: энергоресурсов, урана, традиционных и возобновляемых источников энергии, а также критически важных минералов для высокотехнологичных отраслей. Казахстан, обладая крупными запасами этих ресурсов, может стать ключевым партнёром, однако инвесторам необходима понятная среда, прозрачные условия и прогнозируемость возврата инвестиций. Отмечается, что отсутствие стабильного делового диалога остаётся препятствием для продвижения крупных проектов, включая соглашения в сфере урана и энергоносителей.

В отдельных отраслях, например в фармацевтике, сохраняется высокий потенциал для локализации производства. Индийские компании заинтересованы в создании производственных мощностей в Казахстане с передачей технологий, однако сталкиваются с нехваткой информации о местных условиях и ограниченной коммуникацией с регулирующими органами. Схожая ситуация складывается в энергетике, где Казахстан остаётся крупным экспортёром, но долгосрочные стабильные форматы сотрудничества пока не выстроены.

Перспективным направлением считается создание обновлённого двустороннего делового форума, который мог бы системно объединять ведущие компании обеих стран и служить площадкой для формулирования совместных проектов. Подобные механизмы уже доказали эффективность в других международных форматах и способны стать ключевым элементом для формирования устойчивой экономической архитектуры между Казахстаном и Индией.

Активизация взаимодействия между Казахстаном и Индией требует принципиально нового уровня политической воли и институциональной синхронизации. Любая двусторонняя динамика возможна лишь при условии регулярных контактов, когда обе стороны создают условия для системного диалога и выстраивания долгосрочной архитектуры сотрудничества. В дипломатической практике часто подчёркивается, что одна рука хлопка не создаёт: отсутствие встреч на высоком уровне автоматически ведёт к застою в бизнес-коммуникациях, снижает интерес частного сектора и ослабляет готовность бюрократии продвигать инициативы.

В региональной политике Центральной Азии это проявляется особенно остро. Формат C5+1, обладающий политической инерцией и международной легитимностью, становится практическим инструментом для продвижения интересов, даже если идеальная схема для некоторых сфер остаётся двусторонней. Ограниченный административный ресурс и нехватка дипломатического диапазона вынуждают использовать имеющиеся площадки иначе встречи попросту не происходят. В этом контексте регулярность контактов лидеров превращается в ключевой механизм, запускающий работу всех уровней — от министерств до бизнеса. Если главы государств встречаются, то автоматически появляется повестка, к которой подключаются рынок, аналитические структуры и экспертное сообщество.

Именно поэтому такие площадки, как ШОС, играют роль не только в сфере безопасности, но и в обеспечении доступа к центральноазиатским лидерам. Однако даже там плотный график международных акторов нередко мешает полноценному общению. На этом фоне особое значение приобретает предстоящее председательство Индии в BRICS: возможное приглашение центральноазиатских лидеров создаёт окно возможностей для перезапуска политического диалога и наполнения отношений конкретными проектами. Такие моменты формируют «точки сборки» региональной политики, определяя темпы и направленность дальнейшего взаимодействия.

Важнейшим элементом партнёрства остаётся укрепление связей между бизнес-сообществами. Несмотря на впечатляющий технологический прогресс, особенно в сфере ИИ, сами акторы подчёркивают, что цифровые решения не могут заменить человеческий контакт. Казахстану и Индии нужны не алгоритмы, а совместные проекты: железнодорожные маршруты, индустриальные инициативы, обмен кинематографическим, культурным и образовательным продуктом, а также постоянно действующие бизнес-форумы. Именно живое общение и кросс-культурная эмпатия создают фундамент устойчивых экономических отношений, который нельзя воспроизвести через автоматизацию.

При разговоре о приоритетах сотрудничества неизбежно выделяются оборонная промышленность, фармацевтика, ИТ-сектор и энергетика — направления, в которых двусторонний формат работает значительно эффективнее многосторонних механизмов. При этом региональные конструкции, такие как C5+1, выполняют роль стратегического «каркаса», но детальная проработка проектов всегда происходит тет-а-тет.

Особое внимание привлекает роль Индии как глобального источника знаний. Миллионы студентов по всему миру — включая Казахстан — формируют математические, инженерные и ИТ-навыки через контент, созданный индийскими преподавателями. Эта форма мягкой силы редко упоминается в официальной дипломатии, но она формирует будущее интеллектуальное пространство Евразии гораздо сильнее, чем многие государственные программы. Индия становится не только партнёром, но и образовательным хабом, влияющим на структуры человеческого капитала региона.

Совокупность всех этих факторов показывает, что будущее казахстанско-индийского сотрудничества будет определяться не отдельными проектами, а качеством связности: политической, информационной, культурной, транспортной и человеческой. Диалог лидеров задаёт стратегическую рамку, бизнес-кооперация заполняет её содержанием, а растущий обмен знаниями формирует долгосрочную основу, которую не способны заменить ни ИИ, ни институциональные конструкции.

Так постепенно выстраивается новая архитектура отношений – не быстрыми прорывами, а последовательным укреплением каналов общения и взаимного понимания. Центральная Азия, включая Казахстан, получает возможность превратить каждую новую международную площадку не в ритуальную встречу, а в инструмент формирования будущего регионального порядка, основанного на взаимной выгоде, технологическом развитии и устойчивой политической координации.

В завершение семинара, посвященного перспективам сотрудничества между Индией и Казахстаном, отчетливо проявляется потенциал для углубления партнерства в условиях глобальных неопределенностей и вызовов, которые стали новой нормой международных отношений. Эти перемены не являются временными явлениями, а представляют собой постоянный контекст, в котором обе страны должны совместно преодолевать препятствия, опираясь на взаимодополняющие интересы и общую судьбу.

Дискуссии вышли за рамки простого анализа проблем, предложив конкретные направления для совместных действий, с акцентом на укрепление связей в различных сферах: от физической инфраструктуры до обмена знаниями и информацией. Это остается наиболее уязвимым аспектом в отношениях между Индией и Казахстаном, несмотря на глубокое взаимопонимание, схожие ценности и культурные параллели.

Одним из ключевых предложений стало создание прямой оптико-волоконной связи между Алматы и Мумбаи, что обеспечит суверенный контроль над данными и революционизирует обмен информацией, минимизируя зависимость от третьих сторон. В эпоху цифровизации особое внимание уделяется безопасности личных данных, поскольку все аспекты жизни – от финансовых операций до повседневных взаимодействий –  зависят от цифровых технологий. Предлагается укрепить цифровое партнерство и сотрудничество в области кибербезопасности, которые могут стать основными столпами двусторонних отношений.

Борьба с терроризмом выделяется как глобальная угроза прогрессу и мирному сосуществованию; Индия активно продвигает механизмы для его искоренения, включая использование технологий для контртеррористических операций, с призывом к совместным инициативам на фоне недавних инцидентов.

Казахстан демонстрирует твердую приверженность развитию искусственного интеллекта, включая создание специализированного министерства, что открывает перспективы для участия в индийском саммите по ИИ в феврале 2026 года и сотрудничества между IT-компаниями двух стран. Среди приоритетных областей «низко висящие плоды» для быстрого запуска партнерства: оборона, фармацевтика, нефть, критические минералы и энергетика, где взаимная зависимость создает основу для win-win сотрудничества. Рекомендуется сочетать двусторонние связи с многосторонними форматами, такими как C5+1, для усиления регионального влияния. В контексте «большой игры» подчеркивается необходимость изменения мышления: различения партнеров, конкурентов и союзников с гибким подходом для эффективного участия в глобальной конкуренции.

Анализ Центральной Азии требует учета ее неоднородности каждая страна имеет уникальные modus operandi в различных сферах, что должно отражаться в индийской стратегии. Взаимосвязь стабильности и безопасности очевидна: нестабильность в регионе, включая ситуацию в Афганистане, напрямую влияет на Индию, подчеркивая важность прогрессивных соседств для мира и развития. Для преодоления барьеров предлагается привлекать третьих игроков, таких как Япония или Корея, в трехсторнние форматы, чтобы ускорить сотрудничество в ключевых областях.

В сфере FinTech Индия и Казахстан обладают взаимодополняющими возможностями, которые могут способствовать региональному процветанию, учитывая роль IT во всех отраслях экономики.

Дополнительный потенциал виден в аудиовизуальном и развлекательном секторе, где уже реализуются совместные проекты, такие как съемки фильмов, подкрепленные инициативами вроде индийского саммита WAVE. Существующие платформы для сотрудничества закладывают основу для дальнейших действий, подчеркивая, что политическая воля и совместные усилия позволят преодолеть глобальные неопределенности. В итоге, партнерство между Индией и Казахстаном способно не только адаптироваться к вызовам, но и проложить путь к процветанию, стабильности и инновациям в интересах обеих стран и их регионов.